Литературный поиск

Разделы сборника

  • О России   
  • О родной природе   
  • Призыв к молитве   
  • Исторические  
  • Эмигрантские  
  • Философская лирика   
  • Стихотворения о войне
  • Современные авторы  
  • Стихи из сети  
  • Литературоведение  
  • Литопрос

    Кого можно назвать по-настоящему русским по духу поэтом?
    Всего ответов: 5114

    Друзья сайта


  • Словарь варваризмов
  • Стихотворения о России
  • Православные сказки
  • Творчество ветеранов
  • Фонд славянской культуры
  • Другие ссылки
  • Ссылки


    Патриотические стихи

    Православие и Мир

    христианство, православие, культура, религия, литература, творчество

    РУССКОЕ ВОСКРЕСЕНИЕ. Православие, самодержавие, народность

    Православие.Ru

    Остановите убийство!

    Rambler's Top100

    Яндекс.Метрика


    Среда, 20.09.2017, 16:03
    Приветствую Вас, Гость
    Главная | Регистрация | Вход | RSS

    Русская дубрава
    патриотическая поэзия

    Тематические разделы

    Титульная страница » Сборник патриотической поэзии » О России

    Берггольц О.Ф.

    Родине
    1
    Все, что пошлешь: нежданную беду,
    свирепый искус, пламенное счастье,-
    все вынесу и через все пройду.
    Но не лишай доверья и участья.
    Как будто вновь забьют тогда окно
    щитом железным, сумрачным и ржавым...
    Вдруг в этом отчуждении неправом
    наступит смерть - вдруг станет все равно.
    Октябрь 1939
    2
    Не искушай доверья моего.
    Я сквозь темницу пронесла его.
    Сквозь жалкое предательство друзей.
    Сквозь смерть моих возлюбленных детей.
    Ни помыслом, ни делом не солгу.
    Не искушай - я больше не могу...
    1939
    3

    Изранила и душу опалила,
    лишила сна, почти свела с ума...
    Не отнимай хоть песенную силу,-
    не отнимай,- раскаешься сама!
    Не отнимай, чтоб горестный и славный
    твой путь воспеть.
    Чтоб хоть в немой строке
    мне говорить с тобой, как равной
    с равной,-
    на вольном и жестоком языке!
    Осень 1939

    * * *
    От сердца к сердцу.
    Только этот путь
    я выбрала тебе. Он прям и страшен.
    Стремителен. С него не повернуть.
    Он виден всем и славой не украшен.
    . . . . . . . . . . . . . . . . . .
    Я говорю за всех, кто здесь погиб.
    В моих стихах глухие их шаги,
    их вечное и жаркое дыханье.
    Я говорю за всех, кто здесь живет,
    кто проходил огонь, и смерть, и лед,
    я говорю, как плоть твоя, народ,
    по праву разделенного страданья...
    И вот я становлюся многоликой,
    и многодушной, и многоязыкой.
    Но мне же суждено самой собой
    остаться в разных обликах и душах,
    и в чьем-то горе, в радости чужой
    свой тайный стон и тайный шепот слушать
    и знать, что ничего не утаишь...
    Все слышат всё, до скрытого рыданья...
    И друг придет с ненужным состраданьем,
    и посмеются недруги мои.
    Пусть будет так. Я не могу иначе.
    Не ты ли учишь, Родина, опять:
    не брать, не ждать и не просить подачек
    за счастие творить и отдавать.
    ...И вновь я вижу все твои приметы,
    бессмертный твой, кровавый, горький зной,
    сорок второй, неистовое лето
    и все живое, вставшее стеной
    на бой со смертью...
    Август 1946


    * * *
    Прошло полгода молчанья
    с тех пор, как стали клубиться
    в жажде преображенья,
    в горячей творящей мгле
    твоих развалин оскалы,
    твоих защитников лица,
    легенды твои, которым
    подобных нет на земле.
    Прошло полгода молчанья
    с тех пор, как мне стала сниться
    твоя свирепая круча —
    не отвести лица!
    Как трудно к тебе прорваться,
    как трудно к тебе пробиться,
    к тебе, которой вручила
    всю жизнь свою — до конца.
    Но, как сквозь терний колючий,
    сквозь ложь, клевету, обиды,
    к тебе — по любой дороге,
    везде — у чужих и в дому,
    в вагоне, где о тебе же
    навзрыд поют инвалиды,
    в труде, в обычной заботе
    к сиянию твоему.
    И только с чистейшим сердцем,
    и только склонив колено
    тебе присягаю, как знамени,
    целуя его края,—
    Трагедия всех трагедий —
    душа моего поколенья,
    единственная,
    прекрасная,
    большая душа моя.
    Весна 1947


    * * *
    О, где ты запела,
    откуда взманила,
    откуда к жизни зовешь меня...
    Склоняюсь перед твоею силой,
    Трагедия, матерь живого огня.
    Огонь, и воду, и медные трубы
    (о, медные трубы — прежде всего!)
    я прохожу,
    не сжимая губы,
    страшное славя твое торжество.
    Не ты ли сама
    последние годы
    по новым кругам вела и вела,
    горчайшие в мире
    волго-донские воды
    из пригоршни полной испить дала...
    О, не твои ли трубы рыдали
    четыре ночи, четыре дня
    с пятого марта в Колонном зале
    над прахом, при жизни
    кромсавшим меня...
    Не ты ль —
    чтоб твоим защитникам в лица
    я вновь заглянула —
    меня загнала
    в психиатрическую больницу,
    и здесь, где горю ночами не спится,
    встала в рост,
    и вновь позвала
    на новый круг,
    и опять за собой,
    за нашей
    совместной
    народной судьбой.
    Веди ж, я знаю — тебе подвластно
    все существующее во мне.
    Я знаю паденья, позор напрасный,
    я слабой бывала, постыдной, ужасной —
    я никогда не бывала несчастной
    в твоем сокрушающем ложь огне.
    Веди ж, открывай, и рубцуй, и радуй!
    Прямо в глаза взгляни
    и скажи:
    «Ты погибала взаправду — как надо.
    Так подобало. Да будет жизнь!»
    31 января 1954

    Осень сорок первого

    Я говорю, держа на сердце руку,
    так на присяге, может быть, стоят.
    Я говорю с тобой перед разлукой,
    страна моя, прекрасная моя.
    Прозрачное, правдивейшее слово
    ложится на безмолвные листы.
    Как в юности, молюсь тебе сурово
    и знаю: свет и радость - это ты.
    Я до сих пор была твоим сознаньем.
    Я от тебя не скрыла ничего.
    Я разделила все твои страданья,
    как раньше разделяла торжество.
    ...Но ничего уже не страшно боле,
    сквозь бред и смерть
    сияет предо мной
    твое ржаное дремлющее поле,
    ущербной озаренное луной.
    Еще я лес твой вижу
    и на камне,
    над безымянной речкою лесной,
    заботливыми свернутый руками
    немудрый черпачок берестяной.
    Как знак добра и мирного общенья,
    лежит черпак на камне у реки,
    а вечер тих, не слышно струй теченье,
    и на траве мерцают светляки...
    О, что мой страх,
    что смерти неизбежность,
    испепеляющий душевный зной
    перед тобой - незыблемой, безбрежной,
    перед твоей вечерней тишиной?
    Умру,- а ты останешься как раньше,
    и не изменятся твои черты.
    Над каждою твоею черной раной
    лазоревые вырастут цветы.
    И к дому ковыляющий калека
    над безымянной речкою лесной
    опять сплетет черпак берестяной
    с любовной думою о человеке...
    Сентябрь 1941

    * * *
    ...Третья зона, дачный полустанок,
    у перрона - тихая сосна.
    Дым, туман, струна звенит в тумане,
    невидимкою звенит струна.
    Здесь шумел когда-то детский лагерь
    на веселых ситцевых полях...
    Всю в ромашках, в пионерских флагах,
    как тебя любила я, земля!
    Это фронт сегодня. Сотня метров
    до того, кто смерть готовит мне.
    Но сегодня - тихо. Даже ветра
    нет совсем. Легко звучать струне.
    И звенит, звенит струна в тумане...
    Светлая, невидимая, пой!
    Как ты плачешь, радуешься, манишь,
    кто тебе поведал, что со мной?
    Мне сегодня радостно до боли,
    я сама не знаю - отчего.
    Дышит сердце небывалой волей,
    силою расцвета своего.
    Знаю, смерти нет: не подкрадется,
    не задушит медленно она,-
    просто жизнь сверкнет и оборвется,
    точно песней полная струна.
    ...Как сегодня тихо здесь, на фронте.
    Вот среди развалин, над трубой,
    узкий месяц встал на горизонте,
    деревенский месяц молодой.
    И звенит, звенит струна в тумане,
    о великой радости моля...
    Всю в крови,
    в тяжелых, ржавых ранах,
    я люблю, люблю тебя, земля!
    1942

    * * *
    Ты в пустыню меня послала,-
    никаких путей впереди.
    Ты оставила и сказала:
    - Проверяю тебя. Иди.
    Что ж, я шла... Я шла как умела.
    Выло страшно и горько,- прости!
    Оборвалась и обгорела,
    истомилась к концу пути.
    Я не знала, зачем ты это
    испытание мне дала.
    Я не спрашивала ответа:
    задыхалась, мужала, шла.
    Вот стою пред тобою снова -
    прямо в сердце мое гляди.
    Повтори дорогое слово:
    - Доверяю тебе. Иди.
    Июнь 1938

    * * *
    Мы предчувствовали полыханье
    этого трагического дня.
    Он пришел. Вот жизнь моя, дыханье.
    Родина! Возьми их у меня!
    Я и в этот день не позабыла
    горьких лет гонения и зла,
    но в слепящей вспышке поняла:
    это не со мной - с Тобою было,
    это Ты мужалась и ждала.
    Нет, я ничего не позабыла!
    Но была б мертва, осуждена,-
    встала бы на зов Твой из могилы,
    все б мы встали, а не я одна.
    Я люблю Тебя любовью новой,
    горькой, всепрощающей, живой,
    Родина моя в венце терновом,
    с темной радугой над головой.
    Он настал, наш час,
    и что он значит -
    только нам с Тобою знать дано.
    Я люблю Тебя - я не могу иначе,
    я и Ты по-прежнему - одно.
    Июнь 1941

    Побратимы

    Михаилу Светлову
    Мы шли Сталинградом, была тишина,
    был вечер, был воздух морозный кристален.
    Высоко крещенская стыла луна
    над стрелами строек, над щебнем развалин.
    Мы шли по каленой гвардейской земле,
    по набережной, озаренной луною,
    когда перед нами в серебряной мгле,
    чернея, возник монумент Хользунова.
    Так вот он, земляк сталинградцев, стоит,
    участник воздушных боев за Мадрид...
    И вспомнилась песня как будто б о нем,
    о хлопце, солдате гражданской войны,
    о хлопце, под белогвардейским огнем
    мечтавшем о счастье далекой страны.
    Он пел, озирая
    родные края:
    "Гренада, Гренада,
    Гренада моя!.. "
    Но только, наверно, ошибся поэт:
    тот хлопец - он белыми не был убит.
    Прошло девятнадцать немыслимых лет -
    он все-таки дрался за город Мадрид.
    И вот он - стоит к Сталинграду лицом
    и смотрит, бессмертный,
    сквозь годы,
    сквозь бури
    туда, где на площади Павших Борцов
    испанец лежит - лейтенант Ибаррури.
    Пасионарии сын и солдат,
    он в сорок втором защищал Сталинград,
    он пел, умирая
    за эти края:
    Россия, Россия,
    Россия моя... "
    И смотрят друг другу в лицо - на века -
    два побратима, два земляка.
    1952

    Разговор с соседкой

    Дарья Власьевна, соседка по квартире,
    сядем, побеседуем вдвоем.
    Знаешь, будем говорить о мире,
    о желанном мире, о своем.
    Вот мы прожили почти полгода,
    полтораста суток длится бой.
    Тяжелы страдания народа ≈
    наши, Дарья Власьевна, с тобой.
    О, ночное воющее небо,
    дрожь земли, обвал невдалеке,
    бедный ленинградский ломтик хлеба 
    он почти не весит на руке...
    Для того чтоб жить в кольце блокады,
    ежедневно смертный слышать свист 
    сколько силы нам, соседка, надо,
    сколько ненависти и любви...
    Столько, что минутами в смятенье
    ты сама себя не узнаешь:
    Вынесу ли? Хватит ли терпенья?
    Вынесешь. Дотерпишь. Доживешь.
    Дарья Власьевна, еще немного,
    день придет ≈ над нашей головой
    пролетит последняя тревога
    и последний прозвучит отбой.
    И какой далекой, давней-давней
    нам с тобой покажется война
    в миг, когда толкнем рукою ставни,
    сдернем шторы черные с окна.
    Пусть жилище светится и дышит,
    полнится покоем и весной...
    Плачьте тише, смейтесь тише, тише,
    будем наслаждаться тишиной.
    Будем свежий хлеб ломать руками,
    темно-золотистый и ржаной.
    Медленными, крупными глотками
    будем пить румяное вино.
    А тебе ≈ да ведь тебе ж поставят
    памятник на площади большой.
    Нержавеющей, бессмертной сталью
    облик твой запечатлят простой.
    Вот такой же: исхудавшей, смелой,
    в наскоро повязанном платке,
    вот такой, когда под артобстрелом
    ты идешь с кошелкою в руке.
    Дарья Власьевна, твоею силой
    будет вся земля обновлена.
    Этой силе имя есть - Россия
    Стой же и мужайся, как она!


    К другим стихотворениям автора:
    Категория: О России | Добавил: jaffo (24.01.2010)
    Просмотров: 4347 | Комментарии: 3 | Теги: стихи о России, Берггольц, патриотическая поэзия | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]