Литературный поиск

Разделы сборника

  • О России   
  • О родной природе   
  • Призыв к молитве   
  • Исторические  
  • Эмигрантские  
  • Философская лирика   
  • Стихотворения о войне
  • Современные авторы  
  • Стихи из сети  
  • Литературоведение  
  • Литопрос

    Кого можно назвать по-настоящему русским по духу поэтом?
    Всего ответов: 5116

    Друзья сайта


  • Словарь варваризмов
  • Стихотворения о России
  • Православные сказки
  • Творчество ветеранов
  • Фонд славянской культуры
  • Другие ссылки
  • Ссылки


    Патриотические стихи

    Православие и Мир

    христианство, православие, культура, религия, литература, творчество

    РУССКОЕ ВОСКРЕСЕНИЕ. Православие, самодержавие, народность

    Православие.Ru

    Остановите убийство!

    Rambler's Top100

    Яндекс.Метрика


    Воскресенье, 24.09.2017, 09:32
    Приветствую Вас, Гость
    Главная | Регистрация | Вход | RSS

    Русская дубрава
    патриотическая поэзия

    Тематические разделы

    Титульная страница » Сборник патриотической поэзии » Исторические

    Гумилёв Н.С. Историческая поэзия
    Здесь представлена историческая поэзия Николая Степановича Гумилёва - русского поэта и критика Серебряного века, основателяя акмеизма, - стихи, отражающие как мировую историю, так и историю русского народа.

    Н.С. Гумилёв родился 3 (15) апреля 1886 в Кронштадте, жил в Санкт-Петербурге, в Тифлисе, Париже, участвовал в экспедициях в Африку, в качестве добровольца ушёл на фронт в Первую Мировую войну.
    В 1921 Николай Гумилев был обвинен в причастности к заговору против советской власти и расстрелян.


    Людям настоящего
     
    Для чего мы не означим
    Наших дум горячей дрожью,
    Наполняем воздух плачем,
    Снами, смешанными с ложью.

    Для того ль, чтоб бесполезно,
    Без блаженства, без печали
    Между Временем и Бездной
    Начертить свои спирали.

    Для того ли, чтоб во мраке,
    Полном снов и изобилья,
    Бросить тягостные знаки
    Утомленья и бессилья.

    И когда сойдутся в храме
    Сонмы радостных видений,
    Быть тяжелыми камнями
    Для грядущих поколений.

    <Осень 1905>
     

    Змей

    Ах, иначе в былые года
    Колдовала земля с небесами,
    Дива дивные зрелись тогда,
    Чуда чудные деялись сами...

    Позабыв Золотую Орду,
    Пестрый грохот равнины китайской,
    Змей крылатый в пустынном саду
    Часто прятался полночью майской.

    Только девушки видеть луну
    Выходили походкою статной,-
    Он подхватывал быстро одну,
    И взмывал, и стремился обратно.

    Как сверкал, как слепил и горел
    Медный панцирь под хищной луною,
    Как серебряным звоном летел
    Мерный клекот над Русью лесною:

    "Я красавиц таких, лебедей
    С белизною такою молочной,
    Не встречал никогда и нигде,
    Ни в заморской стране, ни в восточной.

    Но еще ни одна не была
    Во дворце моем пышном, в Лагоре:
    Умирают в пути, и тела
    Я бросаю в Каспийское море.

    Спать на дне, средь чудовищ морских,
    Почему им, безумным, дороже,
    Чем в могучих объятьях моих
    На торжественном княжеском ложе?

    И порой мне завидна судьба
    Парня с белой пастушеской дудкой
    На лугу, где девичья гурьба
    Так довольна его прибауткой".

    Эти крики заслышав, Вольга
    Выходил и поглядывал хмуро,
    Надевал тетиву на рога
    Беловежского старого тура.

    <1915>
     

    Мужик
     
    В чащах, в болотах огромных,
    У оловянной реки,
    В срубах мохнатых и темных
    Странные есть мужики.

    Выйдет такой в бездорожье,
    Где разбежался ковыль,
    Слушает крики Стрибожьи,
    Чуя старинную быль.

    С остановившимся взглядом
    Здесь проходил печенег...
    Сыростью пахнет и гадом
    Возле мелеющих рек.

    Вот уже он и с котомкой,
    Путь оглашая лесной
    Песней протяжной, негромкой,
    Но озорной, озорной.

    Путь этот - светы и мраки,
    Посвист разбойный в полях,
    Ссоры, кровавые драки
    В страшных, как сны, кабаках.

    В гордую нашу столицу
    Входит он - Боже, спаси!-
    Обворожает царицу
    Необозримой Руси

    Взглядом, улыбкою детской,
    Речью такой озорной,-
    И на груди молодецкой
    Крест просиял золотой.

    Как не погнулись - о горе!-
    Как не покинули мест
    Крест на Казанском соборе
    И на Исакии крест?

    Над потрясенной столицей
    Выстрелы, крики, набат;
    Город ощерился львицей,
    Обороняющей львят.

    "Что ж, православные, жгите
    Труп мой на темном мосту,
    Пепел по ветру пустите...
    Кто защитит сироту?

    В диком краю и убогом
    Много таких мужиков.
    Слышен но вашим дорогам
    Радостный гул их шагов".

    <1918>
     

    Ольга
     
    "Эльга, Эльга!"- звучало над полями,
    Где ломали друг другу крестцы
    С голубыми, свирепыми глазами
    И жилистыми руками молодцы.

    "Ольга, Ольга!"- вопили древляне
    С волосами желтыми, как мед,
    Выцарапывая в раскаленной бане
    Окровавленными ногтями ход.

    И за дальними морями чужими
    Не уставала звенеть,
    То же звонкое вызванивая имя,
    Варяжская сталь в византийскую медь.

    Все забыл я, что помнил ране,
    Христианские имена,
    И твое лишь имя, Ольга, для моей гортани
    Слаще самого старого вина.

    Год за годом все неизбежней
    Запевают в крови века,
    Опьянен я тяжестью прежней
    Скандинавского костяка.

    Древних ратей воин отсталый,
    К этой жизни затая вражду,
    Сумасшедших сводов Валгаллы,
    Славных битв и пиров я жду.

    Вижу череп с брагой хмельною,
    Бычьи розовые хребты,
    И валькирией надо мною,
    Ольга, Ольга, кружишь ты.

    Основатели

    Ромул и Рем взошли на гору,
    Холм перед ними был дик и нем.
    Ромул сказал: "Здесь будет город".
    "Город как солнце",- ответил Рем.

    Ромул сказал: "Волей созвездий
    Мы обрели наш древний почет".
    Рем отвечал: "Что было прежде,
    Надо забыть, глянем вперед".

    "Здесь будет цирк,- промолвил Ромул,-
    Здесь будет дом наш, открытый всем".
    "Но нужно поставить ближе к дому
    Могильные склепы",- ответил Рем.

    <Январь 1908>, Париж
     

    Манлий
     
    Манлий сброшен. Слава Рима,
    Власть все та же, что была,
    И навеки нерушима,
    Как Тарпейская скала.

    Рим, как море, волновался,
    Разрезали вопли тьму,
    Но спокойно улыбался
    Низвергаемый к нему.

    Для чего ж в полдневной хмаре,
    Озаряемый лучом,
    Возникает хмурый Марий
    С окровавленным мечом?

    <Январь 1908>, Париж
     
    К другим стихотворениям автора:
    Категория: Исторические | Добавил: jaffo (09.02.2011)
    Просмотров: 3231 | Комментарии: 1 | Теги: гумилёв, Николай Гймилев, исторические стихи | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]